«На веку-то — не на боку…»

«На веку-то — не на боку…»

На окраине Тайны в зарослях тальника, берез и осин, скрытый от взглядов проезжих стоит одинокий деревянный дом. В нем живет доброжелательная женщина, труженица тыла Лидия Ильинична Попова. Нет, она вовсе не прячется от людей. Дорога к дому выровнена, да и с другой стороны ведет к нему нахоженная тропинка, просто с годами село значительно уменьшилось, постепенно соседи поразъехались, увозя за собой строения.

    Навстречу нам с озорным лаем мимо выскочил пес, предупреждая, что это его территория и без согласия хозяйки он впускать пришедших не намерен. Строгий голос хозяйки вернул его на место, и Лидия Ильинична пригласила пройти в дом.
    Уже несколько лет женщина живет одна: дети выросли и поразъехались, супруг умер.
    «А в последнее время, — сетует, — ноги совсем держать перестали. Уже полгода не выхожу со двора. Все, что нужно, сыновья привезут, да и по хозяйству помогут».
    Несмотря на пошатнувшееся здоровье, на усадьбе у нее порядок, на грядках ни травинки, разбит великолепный цветник. И настроена женщина оптимистически, несмотря на то, что судьба ей досталась не из легких.
    Пока живы были родители, все было, как у всех. Хоть и трудно жилось в 30-е годы, но все же время походило на беззаботное детство. С началом войны отца Илью Ивановича Соломатина забрали на фронт и в 1942 году убили под Ленинградом. Семья в это время жила в Горно-Алтайске, на маму Матрену Васильевну легли все заботы, не выдержав этого, в 1943 она умерла. Лидия была в семье старшей, и в 14 лет стала главой семьи, взвалив на свои хрупкие плечики заботу о братишке и сестренке.
    «Много раз приходили, чтобы забрать Ванечку и Машу в детский дом, — вспоминает женщина, — а я не отдавала. Через какое-то время нас забрала к себе сродная сестра Клавдия в Старозыково. Она завладела деньгами с книжки моего отца, за это мамины сестры вынудили ее забрать нас. Так что жизнь наша улучшилась ненамного. Клавдия почему-то в колхозе не работала, правда, у нее была корова, потому сильно мы не голодали. Заготавливали сено, зимой вместе с Ванюшкой возили из согры дрова. А когда весной опекунша собралась замуж, она нас выгнала. Поселились мы в заброшенном домике, первое время голодали, дала она нам только мешок картошки. Мамина сестра нам отдала телку, которая вскоре отелилась, да и летом все же проще выжить было. Я уже ходила на Кызырык подскребать сено, женщины поделятся едой, а я не все съем, часть отнесу детишкам, они меня вечером с работы, как часовые, встречают.
    В тот год дядя дал мне квочку. Кто-то из женщин посоветовал: ты пройди по домам и попроси яиц, кто-нибудь даст. Я так и сделала, насобирала 24 яичка. Молодая была, глупая. Все их подложила под парунью, и не поверите — она все выпарила. Такого больше в моей жизни не было ни разу. Все удивлялись, а старушки тайком крестились, завидев мой выводок».
    Замуж женщина по тем меркам вышла поздно, уже 25-й год шел. Сватались многие, да вот взять приданое в виде двух детей никто не решался.

«А когда пришел свататься Мартемьян Михайлович Попов, — рассказывает Лидия Ильинична, — и вовсе чудно получилось. Ваня уже в армии был. Машенька на печку забралась, мы с ней уговорились, если ей мой жених понравится, она слезет. Зашли гости, сели. Сваты о чем-то со мной разговор ведут, я отвечаю, а муж мой будущий сидит и все время головой мотает. Я подумала, наверное, больной, страшновато соглашаться. Условие поставила – замуж только с сестрой пойду. А он не испугался, взял с сестрой. Потом выяснилось, у них тоже был сговор: если я ему понравлюсь, он головой покивает, а он, видно, увлекся. Вот смеху-то было после…»
    Сорок три года вместе прожили с мужем, вырастили пятерых детей. Из Большой Речки перебрались в Тайну, дом поставили свой, всегда большое хозяйство держали.
    «Этот огород был в несколько раз больше, — добавляет женщина, — мы никогда не ленились, на веку-то — не на боку, все нужно было успеть, чтобы у детей был достаток». Работала Лидия Ильинична много лет в клубе уборщицей, в совхозе разнорабочей. Несмотря на пережитые трудности, доброты не утратила.
    В доме чистота и порядок, на мебели разложены связанные салфетки — увлечение прошлых лет. А на стенах рисунки внучек, даже портрет, на котором рядышком Лидия Ильинична и Мартемьян Михайлович, множество фотографий детей и внуков.
    Двери дома Лидии Ильиничны всегда открыты. Пока мы разговаривали, к ней успела зайти соседка, поинтересовалась здоровьем. За то короткое время, пока длилась наша беседа, не прозвучало ни единой жалобы, во всем произошедшем женщина находила положительное. Ее женское счастье сложилось из множества маленьких, теплых мгновений, которым она умет радоваться.

Автор: Надежда Павленко

Фото: Надежда Павленко

Восход

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Проверка комментариев включена. Прежде чем Ваши комментарии будут опубликованы пройдет какое-то время.